Но змей родится снова? [= Убить Змея] - Валерий Вайнин

— Надеюсь, — выдавил из себя полковник.

— Можете не сомневаться. И вот вам новая авторучка, лучше прежней… Да нет, не там. Вот она — парит над вашим лбом. Берите, берите: она не кусается. И не сочтите это за взятку. Это лишь возмещение убытков, понесенных при пожаре.

Полковник Рюмин нервно рассмеялся.

— Глеб Михайлович… не знаю даже, что сказать… Похоже, мне чертовски повезло, что вы на меня не рассердились. Кто ваш друг — политик, банкир, предприниматель?

— Переводчик с английского, — ответил Глеб. — Дарья Николаевна Лосева.

— Вот те раз! — удивился полковник. — И кому ж она дорогу перешла?

— Именно это я и хотел бы выяснить с вашей помощью. Думаю, здесь замешан… кто-то из окружения ее знаменитого дяди.

Полковник задумался. В трубке было слышно, как он барабанит пальцами по столу.

— В общем-то я могу организовать охрану. Есть у меня профессионалы экстра-класса. Но, Глеб Михайлович, всё это… полуофициально как бы, понимаете?

— То есть надо платить?

— Увы. Время теперь такое… коммерческое.

— Бога ради, Борис Викторович. Лишь бы вы гарантировали надежность.

— Если б я не гарантировал, Глеб Михайлович, я не стал бы и предлагать. Четверых хватит? Двое у подъезда и двое на соседних этажах.

— Пожалуй, — задумчиво согласился Глеб. — Каждому по три тысячи, пойдет? Долларов, разумеется.

— С восьми вечера до восьми утра? — недоверчиво уточнил полковник и, получив подтверждение, хмыкнул. — На таких условиях я сам возглавлю охрану. Неофициально, само собой.

— Отлично, Борис Викторович. Надеюсь, оружие у вас есть.

Полковник издал смешок.

— Да какое у нас оружие? Рогатка да камешек.

Тут в учительскую вошла географичка.

— Это ж убойная сила! — поддержал шутку Глеб. — Значит, как мы договариваемся?

— Могу я вам перезвонить, Глеб Михайлович?

— Зачем? У вас какие-то проблемы?

Географичка деловито копалась в своей сумочке.

— Никаких. Просто я должен переговорить с людьми, — пояснил полковник. — Назовите ваш телефон.

Глеб покосился на географичку.

— Лучше я сам вам перезвоню. Около пяти, годится?

— Вполне. Буду на месте.

Они оба положили трубки.

Галина Даниловна с иронией прокомментировала:

— Бурная деловая жизнь. На личную — времени уже не хватает. Или хватает, но не для меня.

Глеб подошел к ней и взял за плечи.

— Шпионка из тебя хреновая, притом ты уже засвечена. Потерпи, Галь, может тебя на кого-нибудь обменяют.

Она вырвалась из его рук.

— Ой, ой! Надо мне больно за тобой шпионить! С какой, интересно, целью?!

Глеб пожал плечами:

— Тебе виднее. Или не тебе.

В дверях он столкнулся с физкультурником. Двухметровый Семен лихо крутанул мяч на пальце.

— В кольцо покидать, конечно же, тебе недосуг? — спросил он риторически.

Глеб кивнул на географичку.

— Вон Галина Даниловна жаждет покидать в кольцо. Уважил бы девушку, — предложил он, выходя.

Прикрыв за Глебом дверь, физкультурник спросил:

— Правда, что ли?

— Слушай его больше! — отмахнулась географичка.

— А что, — подмигнул Семен, — может, покидаем?

— Щас! Спешу и падаю!

— Тогда лови. — Физкультурник бросил ей мяч.

Галина с испугу поймала.

— Совсем сдурел?! Чуть нос не своротил!

— Ладно, ладно, — усмехнулся физкультурник. — Поиграй пока с директором. Завтра отдадите.

Вася ждал в бордовом «вольво» ровно в четыре часа. При появлении Глеба он вышел и сверкнул на солнце золотыми зубами. Солнце настороженно выглядывало из-за школьной крыши, и Вася жмурился, приставив ко лбу ладонь. В воздухе наконец запахло весной.

— Ну чё, — улыбнулся старший брат Медведева, — кого мочить будем?

Глеб открыл дверцу «жигуленка».

— Присядем-ка поговорим.

Они уселись на переднее сиденье. Вася глянул неодобрительно.

— Сменил бы колымагу, Француз. А то смех просто.

Глеб отмахнулся.

— Меня устраивает. Можешь организовать охрану возле одного подъезда?

Вопрос Васю не смутил.

— Жилого дома? — уточнил он деловито. Глеб кивнул. — Объясни, чего надо.

Глеб вкратце обрисовал ситуацию: семью, состоящую из бабушки и двух внучат, пытаются выпереть из двухкомнатной квартиры в коммуналку; наезжает на них какой-то муниципальный чиновник под бандитской «крышей»; сегодня в пять бабушке принесут на подпись соответствующие документы.

— Когда они явятся, — подытожил Глеб, — я вытряхну из них дерьмо. А затем ты со своей «братвой» не подпустишь их «братву» к этой семье на пушечный выстрел. Вопросы есть?

Вася, что называется, почесал репу.

— Ну, ты, Француз, блин, даешь… Проблемы ищешь на мою жопу.

— Без понтов, — подтвердил Глеб.

— Кончай свои примочки, — буркнул Вася. — Чьи хоть козлы? Таганские, люберецкие или…

— Мне по барабану, — перебил Глеб, — я в них не разбираюсь. Ты выполнишь мою просьбу?

— Перебазарить сперва надо. Звякну щас Папане…

— Без Папани. С Папаней твоим я встречусь завтра и задам ему парочку важных вопросов. Эту встречу ты организуешь мне в полчетвертого здесь же. А пока работай самостоятельно, искупай грехи молодости.

Вася нервно заёрзал.

— Слышь, Француз, ты это… за глотку, б…, не бери, понял!

— То есть ты мне отказываешь?

Глаза Васи забегали.

— Да не отказываю я, блин… Бабка твоя, она хоть расписки никакой не давала?

Глеб посмотрел на него в упор.

— Давала. Лично тебе. — Глеб протянул златозубому листок бумаги. — В этой расписке она обязуется оформить квартиру на твое имя в обмен на десять тысяч баксов, которые ты ей уже заплатил. Сечешь ход мысли?

Вася читал расписку, и лицо его светлело.

— А ты, Француз, не лох, гадом буду!

— Ты мне льстишь. Покажешь эту расписку таганским, люберецким и любым другим канальям, а потом — тихонько ее порвешь. А если не порвешь, я сразу об этом узнаю…

— Слышь, Глеб… Михайлович, — обиженно насупился Вася, — ты, б…, это… не держи меня за такую гниду, ладно? Я стариков и детей, б…, на улицу не вышвыриваю.